В комментарии RuNews24.ru политолог, эксперт, кандидат на праймериз партии «Единая Россия» Елена Штульман пояснла, что главный вопрос ближайших лет заключается не в том, с кем будет Турция, а в том, как долго она сможет балансировать, оставаться одновременно в НАТО, в региональной ближневосточной политике, в энергетическом партнёрстве с Россией и в собственной стратегии лидерства на постосманском пространстве.

«Турецкая модель была изначально такой: не идти в лобовую конфронтацию, а извлекать максимум из своего уникального геополитического положения».

По итогам переговоров Сергея Лаврова и Хакана Фидана в Анталье и подписания консультативного плана действий на 2026–2027 годы понятно, что Москва и Анкара сохраняют рабочий формат даже на фоне серьёзных расхождений по целому ряду направлений. Это положительный момент.

Эксперт отмечает, что, действуя традиционно, через мягкую силу, через дипломатию, через инфраструктурную и экономическую взаимозависимость, а не через прямой разрыв отношений, Турция остается членом НАТО при этом ведёт свою выгодную экономическую игру, например, производя дроны для Украины. Здесь лишь, как говорится только бизнес ничего личного.

«Разговоры о возможном военном столкновении Турции и Израиля во многом подпитываются крайне жесткой политической риторикой последних месяцев. Но при всей резкости заявлений Турции невыгодно переходить грань прямой войны с Израилем, тем более в условиях, когда она остается частью натовской архитектуры безопасности и одновременно претендует на роль самостоятельного центра силы в регионе. Если смотреть шире, то Турция действительно занимает уникальное положение между Европой, Черным морем, Восточным Средиземноморьем и Ближним Востоком. Это даёт ей колоссальный вес как транзитному, энергетическому и военно-политическому узлу. Страна, находящаяся в таком положении, зарабатывает не на тотальной войне, а на управлении доступом, маршрутами, переговорами и зависимостями. И в этом смысле Турция заинтересована в том, чтобы сохранять статус незаменимого игрока, а не превращаться в сторону прямого крупного конфликта, который разрушил бы её собственное пространство маневра».

По словам политолога, для России в этой конфигурации Турция важна, как партнёр по крупным стратегическим и энергетическим проектам, которые создают устойчивую взаимозависимость и как сложный, амбициозный, но рациональный сосед по большой региональной дуге от Чёрного моря до Сирии. Поэтому задача Москвы удерживать такую плотность взаимодействия, при которой Анкара будет считать эскалацию с Россией слишком дорогой и политически, и экономически.

«Что касается Сирии, то именно там проходит одна из самых опасных линий будущего напряжения. Любой турецко-израильский военный кризис на сирийской земле создал бы для России усложнение режима присутствия. Но даже если гипотетически напряжение между Турцией и Израилем усилится, это не означает что автоматически НАТО вступит в войну и это станет противостоянием НАТО, США и России».

Как подчёркивает эксперт, именно поэтому баланс будет сохраняться до тех пор, пока сохраняется возможность маневра через переговоры. И здесь действительно большую роль играют не только государственные интересы, но и личные политические амбиции лидеров. В этом смысле рациональный расчет Эрдогана более понятен и выгоден России, чем взрывной и амбициозный Нетаньяху.