Спор о том, кто и как контролирует Ормузский пролив, снова перешёл в открытую войну. Западные эксперты уверены – Вашингтон и Тегеран приближаются к более масштабной войне после гибели американских солдат. Штаты уже направили на Ближний Восток дополнительные боевые самолёты. Однако есть все основания полагать, что новый виток конфронтации принципиально ничего не изменит. Ни на местах, ни в балансе сил.


Дело в том, что за спорами стоит простая стратегическая реальность. Тегеран уверен: цель Вашингтона – создать южный судоходный коридор через оманские воды, который постепенно лишит Иран контроля над Ормузским проливом. В Белом доме этого никто и не скрывает. Поэтому иранцы в ответ начали требовать, чтобы все суда, независимо от коридора, координировали проход с ними. Тегеран предложил систему двойного оповещения. В свою очередь Катар выдвинул идею трёх каналов – иранского, оманского и нейтрального посередине. Но номер не прошёл: такой расклад возвращал бы пролив к состоянию до начала войны.

Катарцы, конечно, хотят выглядеть самыми умными, но, по данным иранской стороны, США и Оман настаивали на раздельном управлении: в иранском коридоре Тегеран может требовать координации, в оманском – полная свобода. Для Ирана это стало доказательством того, что Вашингтон, как всегда, ведёт мутную игру. К тому же ливано-израильское соглашение, по мнению Тегерана, было срежиссировано так, чтобы ослабить «Хезболлу». В итоге иранцы справедливо решили: американцы сознательно срывают переговоры. В Белом доме излагают свою версию. Мол, дело продвигалось, пока иранский министр иностранных дел не получил отлуп от жёсткого крыла Корпуса стражей исламской революции. Там предпочли конфронтацию.

Как бы то ни было, Тегеран за последние недели проникся уверенностью и отказался уступать. В итоге риторика президента США снова изменилась – он назвал иранцев «мразью» и начал бомбардировки. Однако, как уверены многие мировые эксперты, новый виток боевых действий фундаментально ничего не изменит. Время работает против Трампа. Мировые запасы нефти с февраля сократились примерно на 360–370 млн баррелей и продолжают таять. Стратегический резерв США сжался с 415 млн баррелей до примерно 337 миллионов. Коммерческие запасы остаются ниже пятилетних средних значений. Возможностей для манёвра у Вашингтона куда меньше, чем в феврале.