«Клубы начинают пользоваться неправильно»: как «Локомотив», ЦСКА и СКА услышали Морозова за месяц до запрета

В апреле Совет директоров КХЛ утвердил новый пункт 7.6, который кардинально менял правила игры на рынке. Суть такова: при переподписании контракта с понижением оклада в потолок зарплат клуба будет засчитываться старый, более высокий оклад игрока, а не новый. Это означало, что техническая экономия исчезает. Никаких «урезаний» ради отчетности.

Но ключевой момент — дата вступления: 1 июня. У клубов был месяц, чтобы осознать: это последнее трансферное окно, когда можно «обнулить» оклады в ведомости без последствий. Для «Локомотива» апрельский сигнал стал не просто предупреждением — он стал инструкцией к действию. Ярославцы знали, что у них есть уникальное преимущество, которого нет у ЦСКА или СКА: а именно чемпионские бонусы. Пункт о бонусах за победу в Кубке Гагарина до сих пор остается «серой зоной» в регламенте.

Эти выплаты не входят в потолок и никак не ограничиваются лигой. Именно этот пробел позволил «Локомотиву» предложить игрокам сделку, от которой невозможно отказаться. Игроки соглашаются на понижение базового оклада, а клуб компенсирует разницу (и даже больше) деньгами за чемпионство.

Справедливо? Юридически — да. Этически — вопрос открытый.

Президент КХЛ Алексей Морозов заявил РИА Новости :«Лига вынесет на обсуждение среди руководителей клубов вопрос о бонусах за чемпионство. Посмотрим, как они на это отреагируют. Такие массовые переподписания контрактов мы, конечно, будем регулировать». Но «регулировать» — это после 1 июня. А до — можно было все. Клубы услышали именно это.

Последний день старой схемы: как «Локомотив», ЦСКА и СКА успели до 1 июня

Действующий обладатель Кубка Гагарина стал главным героем 31 мая. Расторгнув контракты с 10 хоккеистами — Даниилом Исаевым, Александром Елесиным, Максимом Шалуновым, Артуром Каюмовым и другими столпами состава — клуб тут же переподписал их с понижением.

Как это выглядело с точки зрения цифр? Условный игрок получал 50 млн рублей оклада. После переподписания — 35 млн. Разница в 15 млн уходила в чемпионский бонус, который не учитывается в потолке. Под потолком теперь висит 35 млн, а не 50. Игрок получает свои 50 (или даже больше) через бонус. Лига не может предъявить претензии, потому что бонус за титул не регулируется регламентом.

Именно эту схему Морозов назвал «неправильным использованием». Но он же сам дал клубам время на подготовку. И «Локомотив» использовал этот шанс на сто процентов. Они сохранили чемпионский костяк, формально не нарушив ни одной буквы закона.

В этом контексте стоит вспомнить и слова эксперта Леонида Вайсфельда, сказанные ранее по похожему поводу (когда «Ак Барс» переподписал Дамира Жафярова): «С точки зрения клуба — великолепно. С точки зрения лиги — очень плохо». Этот диссонанс как нельзя лучше описывает ситуацию вокруг «Локомотива»: менеджмент сделал свою работу на отлично, но для здоровья всей лиги такой прецедент — тревожный звонок.

Но не одним «Локомотивом» жил этот день. ЦСКА 31 мая расторг контракты с вратарем Александром Самоновым и нападающим Денисом Зерновым. Оба провели средние сезоны: Самонов был бэкапом Гамзина, Зернов просел в статистике. Им нечем было крыть в переговорах — менеджеры армейцев воспользовались рыночной слабостью игроков, предложив выбор: понижение сейчас или выход на рынок свободных агентов, где никто не даст больше. Через двое суток оба подписали новые соглашения с понижением.

СКА провернул похожий трюк со Скоттом Уилсоном. Американский нападающий перешел в Петербург зимой из «Сибири», выдал 10 очков в 20 матчах регулярки, но ведущим не стал. Ему тоже снизили оклад при переподписании.

Примечательно, что СКА уже имел опыт таких манипуляций — достаточно вспомнить Арсения Грицюка, который годом ранее согласился на пятикратное падение зарплаты (с 60 до 12 млн рублей). Правда, в его случае ходили слухи о личных мотивах, связанных с алиментами, а с Уилсоном немного иначе, ему явно было что терять: на открытом рынке легионер без яркой статистики мог остаться без контракта вообще.

Почему игроки соглашались на понижение?

У вас вероятно возникает вопрос: как хоккеисты восполняли разницу в окладе? Официально — через бонусы. Теперь при переподписании контракт с понижением платежки, под потолок учитывается старый оклад игрока. Экономия стала невозможной. Второе нововведение: при досрочном расторжении долгосрочных контрактов (от двух лет) 20% от оставшейся суммы засчитываются в потолок.

Тактика «уговорить на понижение» умерла. Клубам больше невыгодно переподписывать игроков дешевле — они не сэкономят ни рубля. Единственный вариант — расстаться с игроком полностью.

Остается открытым вопрос с чемпионским бонусом. Пока Лига не регулирует эти выплаты, клубы-победители могут использовать их для компенсации. Но если кто-то попытается повторить трюк «Локомотива» в следующем сезоне, ничего не выйдет: базовый оклад все равно будет учитываться по-старому, и бонус не скроет разницу в отчетности. Но почему игроки соглашались на понижение? Четыре системные причины:

Во-первых, чемпионский бонус (пример «Локомотива»). Клуб компенсирует потерю в окладе деньгами за титул, которые не попадают в потолок. Игрок не теряет, а иногда даже выигрывает.

Во-вторых, страх свободного рынка. Отказ от понижения = расторжение контракта и статус неограниченно свободного агента. В «ветеранском» возрасте или после неудачного сезона проще согласиться на меньшее, но гарантированное.

Третья причина – лояльность и комфорт. Есть воспитанники, привыкшие к системе, городу, коллективу. Менять все это ради 5–10 млн рублей? Часто не стоит.

Ну и наконец индивидуальные бонусы. Многие контракты содержат бонусы за голы, очки, плей-офф. Даже при снижении оклада игрок может заработать столько же, если покажет результат.

Апрельское решение КХЛ стало спусковым крючком. У клубов было время, и они использовали каждый день. «Локомотив» прикрылся чемпионским бонусом, ЦСКА и СКА — рыночной слабостью игроков. С 1 июня все изменилось. Больше нет «технических переподписаний». Теперь, чтобы сэкономить, клуб должен просто выгнать игрока. «Локомотив» успел в последний вагон. Но больше такой привилегии не будет ни у кого. Даже у будущих чемпионов.

Иллюзия контроля: как «рекламные деньги» сменили скидки на оклады

Развязка этой многолетней дуэли между функционерами и топ-клубами предсказуема: лига всегда будет на шаг позади. История с правилом 7.6 и июньским дедлайном в очередной раз показала, что бюрократический аппарат КХЛ работает в режиме тушения пожаров, а не превентивных мер. Алексей Морозов и его команда закрывают брешь только после того, как менеджеры команд выжмут из неё максимум и сделают схему слишком явной для общественности.

Прикрытие лазейки с переподписанием контрактов — шаг правильный, но иллюзия полного контроля развалилась в то же самое трансферное окно. На смену чемпионским бонусам и техническим понижениям окладов моментально пришли «рекламные контракты». Нынешним летом именно они стали новым легальным способом выводить миллионы из-под потолка зарплат: игрок получает скромный базовый оклад в клубе и солидный чек от «спонсора» или «партнера» за участие в промо-кампаниях. Формально лига не имеет права вмешиваться в гражданско-правовые отношения сторонних юридических лиц и частных граждан, чем менеджеры и пользуются.

Игра в «кошки-мышки» между КХЛ и клубами продолжится по нескольким причинам:

Превосходство ресурсов. Юридические отделы СКА, ЦСКА, «Локомотива» или «Авангарда» заточены под поиск «серых зон» и работают гораздо быстрее, чем совет директоров КХЛ успевает переписывать регламент. На любое новое ограничение мгновенно разрабатывается альтернативная финансовая модель.

Невозможность тотального контроля. Чтобы полностью перекрыть поток «рекламных денег», Лиге придётся ввести жесткий финансовый аудит всех личных контрактов игроков с третьими лицами и спонсорами. КХЛ к такому уровню вмешательства в бизнес и приватность пока не готова ни юридически, ни технически.

Ну и конечно же отсутствие жесткости лиги как института. В отличие от НХЛ, где профсоюз и лига десятилетиями выстраивали систему контрольно-дисциплинарных механизмов, КХЛ регулярно оставляет для клубов переходные периоды и отсрочки (как тот самый месяц до 1 июня), фактически давая легальный шанс «запрыгнуть в последний вагон».

Ждать, что Морозов и лига окончательно одержат победу и сделают потолок зарплат абсолютно проницаемым и жестким пока, увы, не стоит. Каждое новое решение КХЛ будет лишь менять форму, но не суть: как только Лига окончательно закрутит гайки с коммерческими контрактами, топ-клубы тут же придумают новую схему — будь то индивидуальные опционы, рассрочки выплат после завершения карьеры или иные гибридные бонусы. Потолок зарплат в КХЛ пока остается не монолитной стеной, а гибкой конструкцией, под которую всегда можно найти нужный домкрат.